1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 PLG_CONTENT_EXTRAVOTE_LABEL_RATINGPLG_CONTENT_EXTRAVOTE_LABEL_VOTES

Как и было обещано, сегодня мы продолжаем разговор о названиях столичных улиц, увековечивших память писателей.

Следует отдать должное казанским властям: присвоили когда-то имена Пушкина, Толстого и Горького тем самым улицам, с которыми так или иначе их судьбы связаны. Ибо Пушкин по пути в Оренбург останавливался в сентябре 1833-го у своего друга Евгения Баратынского в доме, принадлежащем его тестю Энгельгардту на углу улиц Рыбнорядской и Грузинской (ныне Пушкина и К. Маркса). Толстой некоторое воемя жил в здании нынешнего КИУУ, а Горький работал в пекарне Деренкова, что напротив дома Кекина. Прекрасно. И любой экскурсовод, просвещая приезжих туристов, имеет основания говорить им: «Мы с вами находимся на улице Льва Толстого. Вот дом, в котором...» - и так далее.

Побывали в свое время в Казани и многие другие писатели - скажем, Жуковский. Грибоедов, Герцен, Некрасов, Достоевский, Чернышевский, Короленко, Маяковский, Янка Купала - что ж, их имена тоже увековечены в названиях казанских улиц, хотя и не тех, что следовало бы. Ибо Некрасов по пути в Спасск останавливался у Панаева на теперешней улице Фукса, а вовсе не в Собачьем переулке, ставшем впоследствии улицей Некрасова, а Достоевский, следуя в Омскую каторжную тюрьму, ночевал на почтовой станции, на улице Ямской, пересекающей ныне железнодорожное полотно вблизи вокзала... И всякому понятно, что улицы Короленко и Я. Купалы появились в районе новостроек сравнительно недавно спустя многие годы после смерти этих классиков. Но это, в конце концов, мелочи. Память увековечена - и хорошо.

Этим перечнем литературная карта Казани отнюдь не исчерпывается. Есть у нас улицы Фонвизина, Гоголя, Белинского, Лермонтова, Тургенева, Островского, Чехова, Брюсова, Багрицкого -пусть и не ступала их нога на казанскую землю, но почему бы и не почтить их память? Писатели знаменитые. Очень отрадно, что после XX съезда появились в Казани улицы Кави Наджми, Карима Тинчурина, Шамиля Усманова, Фатыха Карима, Галимджана Ибрагимова (проспект!). Мусе Джалилю даже памятник воздвигли, а ведь в сталинские времена эти люди были заклеймены как враги народа и предатели... Справедливость восторжествовала, хотя бы и задним числом. Но ждут еще своего часа ушедшие не столь давно из жизни Хасан Туфан и Евгения Гинзбург. Жив Ибрагим Залахов. автор «Черной Колымы», и о нем Казань тоже должна будет сохранить память.

Однако можно назвать и немало писателей, чья жизнь так или иначе была связана с Казанью, но следов на уличных табличках не оставила. Александр Радищев проехал через Казань дважды: в 1790 году - по пути в Илимск, в 1797-м - возвращаясь из ссылки, причем пробыл в нашем городе больше недели.

Сергей Аксаков был первым студентом Казанского университета и прожил в Казани в начале прошлого века несколько лет.

Евгений Баратынский, уже будучи известным поэтом, поселился в Казани в 1831 году, за три года пребывания в нашем городе и его окрестностях завершил поэму «Цыганка» и написал десятки лирических стихов.

Михаил Салтыков-Щедрин в 1854-м был даже избран членом-корреспондентом Казанского экономического общества, в Казани же состоялось его знакомство с Мельниковым-Печерским, чья жизнь еще со студенческих лет была теснейшим образом связана с нашим городом - не случайно так часто мелькает его название на страницах романов «В лесах» и «На горах».

В 1903 году родился в Казани один из талантливейших русских поэтов XX столетия Николай Заболоцкий, и в этом же году стал студентом Казанского университета Виктор (будущий Велимир) Хлебников.

В Казани родилась в 1915-м и выросла всероссийски известная поэтесса Вероника Тушнова.

К чему эти напоминания? А к тому, что в Казани, как ни странно, никогда не было улиц, носящих имена Радищева, Аксакова, Баратынского, Салтыкова-Щедрина, Мельникова-Печерского, Заболоцкого, Хлебникова или Тушновой, и уж совсем непростительно - нет даже улицы Державина! А улица Демьяна Бедного, между тем, есть. Как же прикажете понимать?

Державин как личность сформировался в Казани, он с ней связан крепчайшими нитями, когда-то ему был здесь поставлен памятник (снесен и переплавлен в 1932-м), был взращен Державинский садик (вырублен примерно тогда же). И теперь во всем городе осталось одно-единственное напоминание о знаменитом поэте - его письменный стол в музее, выставляемый для обозрения в юбилейные дни.

И так это дико выглядит, что жалкий конъюнктурщик и балаганный шут Демьян Бедный, посмевший глумиться над самим Христом в «Новом завете без изъяна», в нашем городе увековечен, а Гавриил Романович Державин, гордость татарской и русской наций, гражданин редкого мужества и поэт великого таланта, старательно предан забвению.

Очень трудно это понять.

Александр МУРАВЬЕВ.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить