1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 PLG_CONTENT_EXTRAVOTE_LABEL_RATINGPLG_CONTENT_EXTRAVOTE_LABEL_VOTE

Листая старые справочники и находя в них указания на Успенскую, Владимирскую и Московскую улицы, знайте, что речь идет о, нынешней улице Кирова.

Начальный ее отрезок получил название от Успенского собора, средний - от Владимирского, а последний - от церкви Московских Чудотворцев. Обоих соборов нет и в помине, а от церкви осталась лишь полуразрушенная колокольня. Перед первой мировой войной уже на всем протяжении улица называлась Московской.

Пойдем по улице не спеша. Улица откровенно грязна - впечатление такое, что дворники здесь редки, как розовые фламинго. И это одна из примет смутных времен: ведь дворники всегда были одной из опор режима, что романовского, что совдеповского. 65 лет назад Казанский горсовет принял постановление № 54 «Об укреплении института дворников и об улучшении их материального положения». «Наем дворников производится домоуправлениями по согласованию с ответственным начальником отделения рабоче-крестьянской милиции, который имеет право отвода выставленной кандидатуры», - читаем в документе. На лето дворнику полагались «пиджак из плотной материи», форменная фуражка, на год - кожаные сапоги. Рукавицы и фартук были положены на полугодие, а полушубок и шапка - на два сезона.


Но не будем обращать внимания на грязь - эта улица никогда не была чистой, а сейчас, когда половина ее строений - в полном смысле руины, чистоты ждать трудно. На углу улиц Кирова и Татарстан вот уже почти 10 лет пугает горожан своим видом здание, каждый кирпич которого должен быть дорог для казанских татар. Речь идет о доме, построенном в 1866 году для купца Измаила Исхаковича Апакова.

Именно в том году родилась у купца дочь Бибимарьямбану, которая в 18 лет была выдана замуж за отставного генерал-майора Муха-метшафи Шамиля, сына знаменитого имама Чечни и Дагестана. В 1895 году она становится наследницей огромного состояния Апаковых, а еще через два года продает этот дом купцу Ахмету Галеевичу Хусаинову, основателю знаменитого новометодного медресе «Хусаиния» в Оренбурге, выдающемуся деятелю национального возрождения начала XX века. 10 лет владел А.Г. Хусаинов этим зданием. Перед самой его смертью дом купил почти 60-летний купец Мухаметшакир Мухаметзянович Казаков - прадед по материнской линии известного революционера М. Вахитова.

В начале XX века коммерсант Фаткулла Ахмадуллин, арендовав помещение в этом доме, открыл здесь гостиницу «Булгар», и с этого времени здание на углу улиц Кирова и Татарстан превращается в настоящее культурное гнездо. Именно здесь 10 лет находилась редакция газеты «Юлдуз» -самого популярного татарского периодического издания. Редактором ее был знаменитый Ахметхади Максуди - блестящий представитель татарской интеллигенции. Он издавал учебники для новометодных медресе, некоторые из которых выдержали 30 изданий, а также словари, календари и фундаментальный труд «Квинтэссенция восточной философии. Восточная логика». Он же создал первую в истории татар библиотеку национальной книги «Китап-ханаи исламия» и заведовал ею 18 лет. Знаток многих языков, в годы советской власти он преподавал арабский в ВОПИ (Восточном педагогическом институте).


В этом же доме двумя годами позже разместилась редакция органа леворадикальной молодежи «Эль-Ислах» и юмористического журнала «Ялт-Йолт». С октября 1907 года по декабрь 1912-го с перерывами в гостинице «Булгар» жил Г. Тукай. Он сотрудничал в газете «Эль-Ислах» и был ответственным секретарем в журнале «Ялт-Йолт». В этом же доме располагалась типография братьев Шарафовых «Урняк», издавших с 1906-го по 1911 год 152 татарские книги. Здесь же жили в разное время поэт С. Рамиев, артист В. Муртазин-Иманский и Габдельба-ри Саидбатталов - ученый-историк, с 1925 года живший в Турции и известный тюркологам как Абдулла Баттал-Таймас.

В 1938 году была сделана попытка открыть мемориальную комнату Габуллы Тукая - об этом сообщала «Литературная газета» того времени. Сейчас не делается даже попыток: рассуждать о величии Золотой Орды оказалось легче и приятнее.

Пять-шесть минут займет у нас прогулка до другого дома, о котором я хочу рассказать. По пути, взглянув на скульптурную группу а сквере, вспомните о Садри Ахуне, известном скульпторе, именно он является автором этой композиции. Называлась она по-разному: -Владыкой мира будет труд» или же «Интернационал», Екатеринбуржец по рождению, в Ленинграде он закончил Институт пролетарских изобразительных искусств. Когда-то его скульптуры «Теннисистка» и «Ядрометатель» украшали старый стадион «Динамо», но более всего известно другое его произведение - памятник Габдулле Тукаю у Кольца.

По пути как курьез отметим внесение в число памятников истории и культуры углового дома № 53/6. В здании этом нет ни одного старого кирпича. Оно выстроено на месте полностью снесенного старого дома. Но простим ошибку ученым. Без их каталога, а особенно без книжки Радика Салихова и Рамиля Хайрутдинова «Памятники истории и культуры татарского народа» наши знания об этих памятниках и до сих пор были бы приблизительными и отрывочными.

Но вот и дом № 37. Когда-то на этом участке стоял дом купеческой жены Анны Степановны Орешниковой, чье имя мало что нам говорит. Позже участком владел купец Архип Антонович Латышев. А вот он вошел в историю города, но повод был печальный. Его дочь, любившая другого, была отдана замуж за нелюбимого и покончила жизнь самоубийством. История эта имела резонанс в казанском обществе, отголоски ее мы находим в «Волжском Вестнике». Шло время, и дом покупает купеческий сын Сергей Александрович Землянов. В 1897 году дом перестраивается «с изменением фасада» и вот уже столетие в таком виде украшает улицу. Отделан дом богато: 19 львиных масок и 16 женских головок красуются на стенах этого двухэтажного с фасада и трехэтажного со двора, донельзя запущенного дома. Шесть купидонов все еще держат картуши на двух башенках, хотя уже зияет пустыми глазницами окон трехэтажный флигель. На доме - доска в память М. Вахитова: здесь он руководил социалистически настроенными татарами.

Гораздо уместнее было бы видеть доску с именем С.А.Землянова - фактического основателя Казанского речного училища (ныне - речной техникум). Пароходство Земляновых, начавшись с одного небольшого судна, стало устойчиво и прибыльно работающим предприятием. Тогда многое было иным. Губернские власти стеснялись устраивать фейерверки в годовщину учреждения губернии, а чиновника городской управы хватила бы кондрашка от одной только мысли содрать с купца на Сабантуй.

Может быть, поэтому на купеческие деньги в Казани были основаны реальное, коммерческое и речное училища. Народная память хранит имена купцов-созидателей: Пассаж по-прежнему зовут Александровским, а больницу - Шамовской. А вот для властей, пожалуй, эти купцы по-прежнему классовые враги.


Пожалуй, самым известным жителем этой улицы был профессор Карл Фукс. Написано о нем достаточно, и остается лишь коротко пересказать то, что написано К. Лаврским и П. Пономаревым в «Казанском литературном сборнике», изданном ровно 120 лет назад.

Знаменитый профессор жил в угловом доме № 58 с 1815 года, пишут авторы, и сообщают, что «новые владельцы сняли купол, придав ему (дому - Г.К.) вид храма». Здесь они неточны. В Национальном архиве РТ сохранился чертеж, где изображен бывший дом Карла Фукса до пожара: бельведер на углу вовсе не имел формы купола. Главными сокровищами дома Фукса были библиотека, занимавшая антресоли дома, и собрание картин. Наиболее важные и дорогие издания, в том числе Острожскую Библию, профессор хранил в кабинете. Только под личным наблюдением показывал он гостям собрание карикатур Гогарта ценою в тысячу рублей.

Книги хранились не только на антресолях, но и в доме, кабинете и бельведере, ими были заполнены шкафы и сундуки. С сундуком связано несчастье, постигшее Карла Федоровича в день грандиозного августовского пожара 1842 года: при попытке вынести один из сундуков у него отнялись рука и нога. К старости профессор стал весьма религиозен, чтение Евангелия стало ежедневным. Весной 1846 года Карл Федорович серьезно заболел.

Лечился он у своего ученика И.О. Дмитревского. Умер профессор в 4 часа утра 24 апреля 1846 года, через день его отпевали в лютеранской церкви. Отмечают, что при этом на улице были «густые толпы татар без шапок». Похоронен был К.Ф. Фукс на Арском кладбище «налево от ворот, у самой ограды, выходящей на академическое поле». На могиле была установлена четырехугольная каменная плита, и столб в виде подрубленного дерева.

Громадная и дорогая библиотека Фукса скуплена каким-то суконщиком и продавалась в игольном ряду Гостиного двора в враздробь, - так печально заканчивается рассказ о К.Ф. Фуксе, профессоре и ректоре Казанского университета, талантливом враче и исследователе местного края.


Дом этот горел не один раз. После пожара здание было серьезно перестроено, исчез бельведер, внешность дома изменилась практически полностью. После Фуксов домом владел купец Ерлыкин, а после него - купец Сагадеев.

Рядом с домом № 3. находилось угловое здание № 35, построенное по проекту архитектора П.И. Романова (в 1911 году его перестроил инженер В. Александров). Здесь жил сам архитектор Романов, здесь же на рубеже веков жил самый известный представитель большого семейства Траубенбергов - Петр Викторович Траубенберг.


Вся его жизнь была связана с обучением юношества. В 1883 году он закончил со степенью кандидата курс историко-филологического факультета нашего университета и 14 лет преподавал историю и географию в Татарской учительской школе. Нуждаясь в заработке, он был вынужден работать также и в Мариинской женской гимназии, и в Реальном училище. Воспоминания современников помогают увидеть в скромном преподавателе человека недюжинного ума. Специальные исторические познания позволили ему занять место хранителя музея этнографии, древности и искусства Казанского университета. П.В. Траубенберг был серьезным коллекционером - у него, например, хранились уникальные фотографические виды Казани 1850-х годов.

Конечно, основное население улицы составляли отнюдь не профессора, хранители музеев и архитекторы. Это была прежде всего торговая улица, и интересам торговли здесь служило все - от корпусов Сенного базара до многочисленных гостиниц, или, как тогда говорили, номеров. Одной из таких гостиниц было «Апанаевское подворье» (Кирова, 66). Эта гостиница была попроще «Булгара», далеко ей было и до «Амура». Но уже в 1880-х годах здесь был водопровод, и газеты отмечали даже некоторый уют в номерах, сдававшихся от 20 коп. до 1 р. 20 коп. за сутки или помесячно от 4 до 15 рублей.

Небольшое отступление. Что-то заставляет меня интересоваться городским дном - трущобами, нищими, бродягами. Я собираю все, что было написано на эту тему, интересуюсь и самими писавшими. Именно в «Апанаевском подворье», в самых дешевых номерах больше года жил Василий Иванович Пестровский, репортер едва ли не самой известной казанской газеты - «Волжского Вестника».

В 19 лет окончив Саратовскую духовную семинарию, Василий поступил в Медико-хирургическую академию (сейчас это Военно-медицинская академия в Петербурге). Но, не закончив академии, он стал скитаться по Руси, осев с 1884 года в Казани. Печатался он не только в «Волжском Вестнике», его рассказы помещал А. Суворин в своем «Новом Времени». В основном он писал о том, что хорошо знал сам, - о городском дне. «Где день, где ночь», «Нравы Дрябловского дома», «Приюты бедноты» - вот названия лишь нескольких из его рассказов. В могилу свел его в 38 лет, как тогда деликатно говорили, «известный русский порок» -понятно, что речь шла об алкоголизме.


Были на улице и предприятия, известные в то время не только в Казани. На Сенной площади (сейчас это улица Столбова, 3), за Сенным базаром в 1860 году для второй гильдии купеческого сына Владимира Яковлевича Устинова архитектор П.Т. Жуковский выстроил дом, стоящий и поныне. Мощные контрфорсы придают своеобразие красивому фасаду здания. Здесь размещалась первая в крае макаронная фабрика, перешедшая впоследствии к купцу Вараксину. В конце века устиновские макароны продавались в изящных коробках - подлинных произведениях промышленной графики тех лет.

Надо сказать, что рубеж XIX - XX веков дал неплохие образцы промышленной графики и рекламы: в собрании Национальной библиотеки в Петербурге хранятся рекламные плакаты не только казанских макарон, но и казанских водок и чистопольского чая. На месте завода «Эталон» (Кирова, 48) стоял дом известного купца Поликарпа Матвеевича Романова. Романовские экипажи были известны далеко за пределами Казани, они имели сбыт даже в Москве. Потом здесь же разместились весовые мастерские, осуществлявшие поверку весов разного типа. Мастерские перешли в ведение «Госметра», а отсюда прямой путь к заводу «Эталон». И этот путь был пройден.

На другом углу - дом 46/8, построенный для купца Антона Федоровича Фомина в 1861 году по проекту уже знакомого нам П.Т. Жуковского. Ничуть не умаляя достоинств купца А. Фомина, расскажу все-таки о Павле Тимофеевиче Жуковском: еще несколько лет назад на первой аллее Арского кладбища можно было видеть надгробье этого, едва ли не самого плодовитого, казанского архитектора, предпринимателя и деятеля местного самоуправления. Недолго пробыв в должности городового архитектора, Павел Тимофеевич в 1859 году основывает кирпичный завод и к 1886 году доводит его производительность до 3,5 млн. штук кирпича в год. Мастерами на заводе служили симбирцы. Рабочие_ были частью также из Симбирской губернии, а частью - из татар Казанского уезда. Была на заводе одна машина и семь горнов для обжига кирпича. Если присмотреться внимательно, то на торцах кирпичей многих казанских домов заметны клейма ПЖ - Павел Жуковский. До XX века Павел Тимофеевич не дожил - он умер 7 марта 1899 года.

Кстати, у дома № 46 мне встретился жилистый кот, деловито пересекавший двор с омерзительной крысой в зубах. Вспомнилось постановление Совнаркома Автономной Татарской ССР от 2 января 1932 года «О заготовке шкурок амбарных (домовых) крыс» - для этой улицы постановление не утратило своего значения.

За рамками нашего рассказа остались: кинематограф «Свет», вторая полицейская часть, освященные триста лет назад и разрушенные коммунистами Успенский и Владимирский соборы, «забулачные пожары» и кварталы Мокрой слободы. О них мы расскажем в последующих выпусках.

Г. КЛЕПАЦКИЙ.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить