1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 PLG_CONTENT_EXTRAVOTE_LABEL_RATINGPLG_CONTENT_EXTRAVOTE_LABEL_VOTES

Сегодня из исторического небытия возвращаются имена многих и многих незаслуженно забытых деятелей из среды российских предпринимателей. Однако этот процесс почти не коснулся тех, кто жил в провинции. Согласимся, нельзя создать объективную картину прошлого, оставляя без внимания общественно значимую деятельность местных купцов и промышленников. Без них невозможен был бы прогресс в экономической жизни страны. Но не только. Они внесли ощутимый вклад и в развитие общественной и культурной жизни России.

Чаще всего они проявляли себя в области местного самоуправления или в сфере благотворительности, которую следует отнести к наиболее ярким явлениям российской действительности. Основу этого феномена составили не только социально-экономические, сколько духовно-нравственные процессы, требующие глубокого осмысления. Движение благотворительности, с середины XIX века широко разлившееся по России, идеи бескорыстного служения общественным интересам способствовали, в определенной мере, гуманизации общества в целом.

Однако это движение оставило равнодушным подавляющее большинство купцов. Из почти трехтысячной армии предпринимателей, действовавших в Казани во второй половине ХVIII — начале XIX столетий, едва ли наберется и полсотни, активно участвовавших в благотворительных акциях, тех, кто наполнял религиозный принцип любви к ближнему реальным содержанием. Подавляющее большинство тратили огромные средства только на себя, жили «в свое удовольствие», не испытывая сострадания при виде ужасающей бедноты, побирающихся сирот и стариков, калек и убогих...

«Благотворительность у нас так редка, большинство наших богатых купцов до такой степени скупы и бесчувственны к бедствиям ближнего, что не хватает терпения, чтобы не сказать эту горькую правду»,— писал составитель Казанского календаря на 1869 год И. Гаврилов.

Вот почему деятельность предпринимателей, которые жертвовали не только деньги, но и тратили дорогое для делового человека время на организацию помощи «сирым и убогим», заслуживает самой глубокой благодарности. Труд этих людей на благо обездоленных, реальные заслуги перед родным городом нужно сделать достояние широкой общественности именно сейчас, когда в стране с такими муками возрождаются забытые традиции милосердия.

В дореволюционной Казани среди предпринимателей, занимавшихся филантропической и общественной деятельностью, выделялись члены династии купцов и промышленников Юнусовых, которые почти полтора века передавали эстафету добрых дел от отца к сыну. Подчеркнем, большую роль в формировании потребности в благотворительной деятельности представителей этой фамилии сыграли семейные традиции, выросшие на почве религиозного воспитания, важнейшим элементом которого было воспитание нравственности.

Формы благотворительности зависели от конкретно-исторического времени и связанного с ним уровня развития общественного сознания. Во второй половине XVIII — начале XIX веков Юнусовы активно участвовали в строительстве мечетей, жертвовали на их ремонт и оснащение всем необходимым, оказывали помощь духовным лицам, систематически раздавали десятую часть доходов в пользу бедных, что является одним из пяти требований, которым следует правоверный мусульманин. В условиях становления буржуазных отношений к этим акциям присоединяется строительство и содержание медресе, выделение капитала на создание и обеспечение жизнедеятельности Мусульманского детского приюта, материальная поддержка различных филантропических фондов, акций и организаций.

Юнусовы относятся к старейшим купеческим фамилиям Казани. Родоначальник династии купцов Мухаметрахим Исхакович Юнусов выделился в купеческое сословие из служилых татар Старотатарской слободы еще в период правления Екатерины II. В 1785 году в Казани, как и по всей стране, прошла перепись купечества. Тогда в Бархатную книгу были внесены М. И. Юнусов, ему в тот год исполнилось 42 года, его жена, ровесница мужа, Шамсия Юсупова — дочь служилого татарина Мамадышского округа деревни Киырлы, сыновья Абдулкарим (18 лет), Губейдулла (9 лет) и дочь Сахипзямал (22 года).

Мухаметрахим Юнусов в числе первых в Казани получил звание потомственного почетного гражданина, которое наследовали потомки купца. Присвоение этого звания говорит о безупречной коммерческой репутации предпринимателя и о его активной общественно-полезной деятельности на благо города. При этом учли службу Юнусова в качестве городского головы Татарской Ратуши, ведавшей делами Старой и Новой татарских слобод Казани. На указанную должность купец вступил в 1793 году. Отметим, это был самый, высокий общественный пост, доступный казанцу-мусульманину. Исполнение обязанностей городского головы предполагало значительные пожертвования в пользу татарской общины, так как денег на ее нужды из казны практически не выделялось.

Из «богоугодных дел» выделим финансирование М. Юнусовым строительства первой каменной мечети в послеханской Казани, разрешение на создание которой мусульмане получили от Екатерины II во время посещения ею города. Выстроенная в 1766-1770 годах, она одно время называлась Юнусовской, а ныне носит имя Ш. Марджани (ул. К. Насыри, 17).

Мухаметрахим Юнусов заложил крепкую основу материального благосостояния купеческого рода, из года в год увеличивая «стартовый» семейный капитал. Подтверждением этому служат и такие факты. В 1785 году за купцом значился деревянный дом на Екатерининской улице (ул. Г. Тукая) площадью 549 кв. сажени. Примерно такие же дома имели и другие купцы «средней руки». Согласно же городской переписи недвижимости 1818 года он жил в каменном двухэтажном доме, оцененным городской комиссией в 20000 рублей, сумму очень значительную по тому времени. Этот дом, выстроенный на ровном месте, реконструирован в 1906 году по заказу нового владельца Бадретдина Апанаева

(ул. Г. Тукая, 67/17) и сегодня украшает площадь, которая до революции называлась Юнусовской (пересечение улиц Г. Тукая и Ф. Карима).

Если в 1775 году родом его занятий указан «торговый промысел», то к 1818 году купец включился в активную промышленную деятельность, чутко уловив конъюнктуру на внутреннем и внешнем рынках. За ним числился юфтевый завод, где в год обрабатывалось до 13000 козьих кож. Цветную юфть Юнусов продавал в городах среднеазиатских ханств, его хорошо знали на ярмарках России, особенно Оренбургской и Ирбитской. Опередив многих, купец занялся обменом юфти на китайские товары, в основном это чай и фарфор, на Кяхтинской ярмарке, сколотив на этом значительное состояние. О его размерах можно судить, конечно, с известной долей приблизительности.

К 1818 году старший сын купца Абдулкарим имел каменный двухэтажный дом на Сенной площади (район современного сквера на ул. С. Кирова). Сумма оценки дома составила 32000 рублей. Рядом находилось 20 лавок, еще 20 было у него в Гостином дворе, две лавки купец имел на Хлебном базаре (место между улицами Н. Баумана и Профсоюзной). Его мыловаренный завод в Плетенях (за Татарской слободой), оцененный в 25000 рублей, в год производил до 10000 пудов мыла и свечей.

У Абдрешита Мухаметрахимовича, младшего сына предпринимателя в 1818 году на Сенной площади имелось 20 деревянных лавок, дом на "Екатерининской улице и промышленное производство, скорее всего кожевенное на Большой Мещанской

(ул. Н. Нариманова). К концу 30-х годов, по сведениям К. Ф. Фукса, состояние Абдрешита Юнусова оценивалось почти в 2 млн. рублей, хотя сам купец числился по третьей гильдии. В 70-е годы XIX века его сыновья Ахметгирей, Мухаметрахим и Мухаметгалей обеднели и уже не состояли в купеческом сословии, но значились потомственными почетными гражданами, совместно владея недвижимостью, наследованной от отца.

За Губейдуллой Мухаметрахимовичем Юнусовым, который и продолжил семейное дело, в 1818 году собственности не значится. Вероятно, он жил с отцом и имел с ним неразделенный капитал. Но уже с 1824 года Г. М. Юнусов состоит в первой гильдии, то есть является крупным торговцем-оптовиком, владеет мыловаренным заводом, несколькими домами на Екатерининской и Захаровской (ул. К. Насыри) улицах, имеет лавки на крупных торгах Казани. Он ведет активную внешнеторговую деятельность, главными направлениями которой продолжают оставаться Кяхта и «Оренбургская линия». К концу 30-х годов, по данным

К. Ф. Фукса, его капитал превышал 3 млн. рублей. К этому времени Губейдулла присоединил часть состояния умершего в 1825 году брата Абдулкарима, опекуном семьи которого, как и семьи отца, он был. За Губейдуллой Мухаметрахимовичем числилось несколько кожевенных и мыловаренных заводов. Не случайно его называли «одним из первых капиталистов Казани».

Многие годы Г. М. Юнусов являлся фактическим главой местного татарского общества. Занимал он и выборные должности, в том числе с 1842 года пост городского головы Татарской Ратуши. На его средства построено несколько сельских мечетей, Базарная мечеть на Сенной площади Казани (ул. Кирова, 74). В 1830 году во время эпидемии холеры вместе с другими предпринимателями он выстроил больницу. Часть религиозных и учебных книг, отпечатанных в его типографии, бесплатно раздавалась мусульманам. За щедрую благотворительность и активную общественную деятельность Г. М. Юнусову вручили две золотые медали.

Он умер 13 декабря 1842 года после непродолжительной болезни в возрасте 66 лет. В некрологе, напечатанном в газете «Казанские губернские ведомости», отмечалось, что Губейдуллу Юнусова отличали «благоразумие в обширных торговых оборотах, добрые свойства души и благотворительность». Состояние предпринимателя наследовали его сыновья Ибрагим и Исхак.

Братья Юнусовы имели неразделенный капитал и, являясь крупнейшими казанскими купцами и промышленниками второй половины XIX века, носили высокое звание «коммерции советников», что означало признание их «особых заслуг в распространении торговли». Присвоение этого звания рассматривалось как акт «монаршей милости», значительно повышало социальный статус купца и очень высоко ценилось в коммерческом мире. В 1800 году звание «коммерции советника» приравняли к VIII классу «Табели о рангах», и это давало право его обладателю на общий гражданский титул «ваше высокоблагородие».

Старший из братьев Ибрагим являлся некоронованным королем татарской общины. Богатство, связи с местными и столичными властями позволили ему мало считаться с общественным мнением, в своих поступках он подчас подчинялся лишь голосу собственных желаний и капризов.

Как правоверные мусульмане, братья Юнусовы много жертвовали в пользу татарской общины, на их средства было выстроено и содержалось медресе при Юнусовской мечети. Поддерживая учебное заведение материально, Ибрагим-бей требовал установления в нем таких порядков, которые считал наиболее целесообразными, но столкнулся с преподававшим здесь Ш. Марждани, которому не простил независимого поведения, нежелания подчиниться его воле, и встал во главе гонителей ученого.

Тем не менее трудно найти в среде татарского купечества Казани деловых людей, так щедро жертвовавших на благотворительные дела, как Юнусовы. Не случайно оба брата имели по две золотые медали, и, как «крупные жертвователи», решением Сената от 21 октября 1844 года были освобождены от квартирной повинности. Кроме того, Ибрагим Губайдуллович был награжден орденом, врученным ему за создание и материальную поддержку детского приюта, открытого в Казани 6 декабря 1844 года.

Мусульманский детский приют размещался в доме на Екатерининской улице, подаренном вместе с постройками и садом Ибрагимом-беем. Приют содержался на доходы с аренды 14 родовых лавок Юнусовых на Сенном базаре, переданных на нужды сирот основателями приюта.

За состоянием здоровья воспитанников бесплатно наблюдал доктор медицины А. Н. Мирза Казим-Бек, при приюте действовала небольшая больница.

По числу детей, а здесь жило до 30 мальчиков, приют был меньше других, но на одного воспитанника тратили в два раза больше по сравнению с Николаевским или Александровским приютами. В 1904 году на каждого ребенка приходилось 120 руб. 85 коп.

Ежегодно всем детям справляли казакин коричневого цвета, козьи ичиги и калоши, тюбетейку и барашковую шапку, три смены белья. Воспитанники, кроме духовного воспитания, получали основы светских знаний по арифметике, истории, географии и рисованию. В начале 90-х годов восточные языки и каллиграфию преподавал Мухаметрахим Ханафиев, а под руководством Хасана Мухаметова дети изучали русский язык по программе начальных народных училищ.

При достижении 16 лет мальчики покидали приют. Им вручали свидетельство о начальном образовании, небольшое денежное пособие, необходимую одежду и устраивали служить в лавки купцов или в ремесленные заведения. Первые шаги самостоятельной жизни выпускники проходили под покровительством Юнусовых.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить