1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 PLG_CONTENT_EXTRAVOTE_LABEL_RATINGPLG_CONTENT_EXTRAVOTE_LABEL_VOTES

До чего же тихо и спокойно, чинно и благопристойно жилось нашим предкам в конце прошлого века! К их кискам не приставали с предложением купить «Вискас», их не слепили мигающие на стенах зданий призывы продать последнюю рубашку и на все деньги купить акции очередного нового банка, бодрый голос с экрана не врывался в их уши, с заверениями в «неизменно превосходном результате» потребления тошнотворного на вид соуса... Те, кто специально интересовался новостями из области «что, где, почем», спокойно отправлялся к ближайшей уличной тумбе с объявлениями и получал всю необходимую информацию.

 И все же отдельные новомодные поползновения нахально привлечь внимание обывателя к тому или иному торговому заведению «имели место быть» уже в те благословенные времена. Вспомнить хоть возмутительный случай в 1886 году, когда глазам пришедших на открытие сезона в театр Панаевского сада зрителей вместо занавеса предстали гирлянды разнокалиберных, разноцветных и потрясающе нелепых и безграмотных объявлений навроде: «В булочной Горзина принимаются заказы на кондитерские ИЗДЕЛИЕ» или «Адрес заведения Юнга — Про. ул. Д-о: бого: церкви».

 Тот случай общество как-то стерпело, однако рецидивы становились более частыми и изощренными. А в начале нового века «процесс пошел» уже столь, бурно, что бороться с ним стало трудно даже с помощью полиции. Собственно говоря, приведенные ниже выдержки именно из полицейских протоколов и почерпнуты.

«6 апреля около 3 часов дня близ номеров Щетинкина (теперь это гостиница «Казань» — Б. Е.) дежурным полицейским была задержана ходячая реклама — человек, одетый в белое коленкоровое пальто, на котором булочная Протопопова рекламирует свои изделия»...

«В минувшее воскресенье на ломовом извозчике по городу разъезжала реклама в виде 4-угольного ящика, обтянутого коленкором, на котором крупным шрифтом красовались объявления, а над верхом написано двустишие: Если на борьбу смотреть хотите, в Панаевский сад приходите» (май 1908 года).

20 сентября около 6 часов вечера с треском и шипением пронесся автомобиль, обвешанный со всех сторон лубочными картинками разных ярких цветов. Лошади шарахались по тротуарам, пугая прохожих. Это — зазывная реклама кинематографа «Пассаж»... (1911).

«Клоун «Эрмитажа» Ричард Рибо пустил по городу верблюда с рекламой на нем. Собралась масса публики. Рибо отправлен в полицейскую часть для составления протоколе о нарушении...» (1912).

И все же подобного рода акции были несанкционированными и неизменно заканчивались полицейскими протоколами. Городские власти по-прежнему с неодобрением взирали на всяческие ухищрения в области рекламы и особенно противились техническим «фокусам». Так, в 1909 году некоему г-ну Критику было категорически запрещено реализовать его затею по установке на крыше меркуловского дома на Рыбнорядской площади «движущейся» рекламы типа «бегущей строки». Это на что же будет похоже — поверх дома мигающие буквы! Придет же такое в голову… (Кстати, без «бегущей строки» на крыше именно этого дома все же не обошлось — те, кто часто бывает на площади Куйбышева, не раз невольно следили за мерцающими на ней разнообразнейшими объявлениями).

Самый же скандальный эпизод из казанской хроники «рекламных происшествий» произошел в 1910 году, в самый канун Пасхи. Конец апреля, тепло, светло, все умиротворены и довольны жизнью в предвкушении праздника...

И вдруг — треск, грохот, вонь, крики, и по улицам впервые в истории города проносятся мотоциклетки, рекламируя себя самое в качестве нового вида транспорта... Лошади а ужасе. Извозчики в шоке. Пешеходы в смятении. Итог акции — столкновение «железного коня» с конем обычным, каковое не смогли предотвратить отчаянные мольбы кучера дать ему спокойно проехать. «Экипаж разбит, кучер изувечен, напугана лошадь, ездить на ней рискованно...» — стонала в один голос с владельцем лошади г-ном Манасеиным «Камско-Волжская речь» № 447. А что же лихие гонщики? А ничего, даже хамят в ответ на упреки. Мол, не собираются они стоять во фрукт перед лошадью, даже если это лошадь господина Манасеина. И вообще, что будет с казанскими клячами, появись над городом аэроплан? Впрочем, аэроплан появился над Казанью уже летом того же года, и лошади остались к нему совершенно равнодушны.

Перечень столкновений рекламной шумихи с покоем обывателей все ширился и рос, а чем все закончилось, мы уже знаем. Радио и газеты, телевидение и разрисованные трамваи, огромные светящиеся транспаранты и аэростаты в форме пивных бутылок — все это бесцеремонно ворвалось в нашу жизнь. И вот уже слабые духом готовы купить кирпичные заводы «Унитрон», лишь бы от них отвязались. Мы проклинаем рекламу, нагло влезающую в ключевые места детективных фильмов, со стоном затыкаем уши, услышав по радио, принципиально не читаем ее в газетах. Мы терпеть не можем рекламу, но знаем наизусть все примелькавшиеся ТВ-ролики и с удовольствием к месту и не к месту остроумно перефразируем встречающиеся в них фразы. В то время, пока лексика рекламы завоевывает повседневную бытовую речь взрослых, ее герои толпой лезут в детские анекдоты. А ведь это уже, как известно, апогей популярности!

Плохо, плохо сработала полиция сто лет назад — доцеремонилась с конструкторами «двигателя торговли». Теперь вот извольте-с, «президент Ельцин, остановите рекламу сигарет». Заметьте, обращаются сразу к главе государства, потому как деятели рангом пониже справиться с рекламой и вовсе слабо.

Но что самое странное — отнимать все это у нас уже поздно. Потому что привыкли, и без рекламы ненавистной уже скучно, вроде бы чего-то не хватает.

Вместе поем, вместе жуем. Тьфу.

Борис ЕРУНОВ.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить