1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 PLG_CONTENT_EXTRAVOTE_LABEL_RATINGPLG_CONTENT_EXTRAVOTE_LABEL_VOTES

Петропавловский собор в Казани и его колокольня, воздвигнутые без малого три столетия назад, являются одной из архитектурных доминант городского силуэта. К сожалению, не известен зодчий, творчеству которого принадлежит собор. Известно лишь, что он был построен на средства купца Михляева в честь приезда в Казань Петра Первого в ту самую эпоху, когда русская узорчатая архитектура с её многообразием кирпичных украшений и причудливостью форм постепенно уходила в прошлое, уступая место новым европейским веяниям. Действительно, фасады собора вобрали в себя множество элементов узорчатой архитектуры. В то же время расположение проёмов и членений свидетельствует о европейском влиянии, а восточная красочность придаёт зданию неповторимый колорит. Парадоксальный возглас: «Какая татарская церковь!» услышал однажды автор этих строк от американца, смотревшего на собор сквозь объектив фотоаппарата. Так в чем же архитектурное своеобразие Петропавловского собора?

 Многие местные исследователи находят в облике Петропавловского собора элементы булгарского и золотоордынского зодчества. Академик архитектуры С.Айдаров считает, что собор является памятником строгановского барокко, возведённым с целенаправленным ассоциативным использованием наиболее характерных черт булгаро-татарской архитектуры с присущими ей восточными, степными и евразийскими компонентами. Московские учёные относятся к влиянию татарского искусства на экстерьер собора довольно скептически и видят его поздним произведением русской узорчатой архитектуры с чуть более яркой, чем обычно, раскраской. Однозначно принять ту или иную позицию довольно сложно, не проследив исторические и стилевые предпосылки возникновения Петропавловского собора.

Здание возводилось в честь, а по мнению некоторых исследователей, и при содействии Петра I, время правления которого, как известно, было знаменательно активным проникновением в Россию западноевропейских тенденций во всём, в том числе и в архитектуре. Вначале собор пытались выстроить силами местных мастеров, но вследствие допущенных ими конструктивных ошибок почти достроенное здание рухнуло. Тогда в Казань были направлены предположительно московские строители, которые возвели тот собор, который стоит и поныне. Казань, будучи российской провинцией, всегда перенимала новые архитектурные направления с опозданием примерно на 20-30 лет. Именно поэтому возведённые приблизительно в одно время Петропавловский собор в Петербурге и Петропавловский собор в Казани так различны по стилю. Петербургский храм выдержан целиком в стили европейского барокко, а казанский свидетельствует о наступлении новой эпохи только упорядоченным фасадным строем.

По своему объёмно-планировочному решению казанский Петропавловский храм представляет собой типичное русское культовое здание конца XVII - начала XVIII веков. Основу его составляет излюбленная в русском зодчестве схема «восьмерик на четверике». Эта схема применялась ещё древними булгарами. Подобные формы сохранились в комплексе каменных сооружений Булгарского городища середины ХIII-Х1V вв., в древнерусском зодчестве они появились в начале XVI века (храм Вознесения в Коломенском - 1532 г.). Ко времени создания Петропавловского собора в Казани эта объёмно-пространственная композиция имела уже широкое распространение по всей России, в том числе и в Казани.

В районе улицы Федосеевской среди ветхой деревянной застройки расположена церковь Святой Евдокии. Она представляет собой скромный приходской храм рубежа ХVIIVIII веков, каких много разбросано по всей России. Однако выстроена церковь по той же объёмной схеме, что и Петропавловский собор, и в этом отношении является его местным стилевым прототипом.

Ещё более схожа с Петропавловским собором Пятницкая церковь (начало XVII века), расположенная на улице Большой Красной близ Кремля. И здесь наблюдается всё тот же восьмерик на четверике, однако само здание выглядит уже гораздо значительнее. Неизвестно, каким был декор Пятницкой церкви изначально (украшения могли быть сбиты или переложены, покраска утрачена), но если бы он сохранился до наших дней, возможно, Петропавловский собор не выглядел бы сейчас таким единственным в своём роде явлением.

Итак, построив стилевую цепочку: церковь Св. Евдокии - Пятницкая церковь - Петропавловский собор, - можно представить себе путь развития в Казани формы «восьмерик на четверике». Она наилучшим образом доказывает, что Петропавловский собор - не случайное здание для нашего города, а закономерное проявление казанской узорчатой архитектуры, возможно, её высшее достижение, мастерски исполненное приезжими строителями.

Спорно утверждение тех, кто относит Петропавловский собор напрямую к строгановскому барокко. Конечно, само построение фасадов, асимметричное расположение колокольни, особенности трактовки оконных проёмов, трёхъярусная композиция здания во многом напоминают строгановские постройки Москвы, Нижнего Новгорода, уральских городов. Но на звать Петропавловский собор строгановской постройкой было бы ошибкой. Рождественская церковь в Нижнем Новгороде - типичный па мятник Строгановского стиля, где чёткий строй круглых сечении колонн по всему фасаду, балюстрады, треугольные фронтончики окон первого этажа и овальное окно четвёртого выглядят как цитаты из европейского барокко. Ничего подобного нет в казанском соборе Петра и Павла. Существует мнение, что сама деталировка здания - растительный орнамент, кирпичные сталактиты, квадратные изразцовые вставки, лекально-ломаные линии фронтончиков, гибкая свисающая форма крыши - является свидетельством осознанного использования авторами собора характерных восточных черт. Однако и эта точка зрения не бесспорна, ведь растительным орнаментом украшались православные храмы ещё со времён Владимирской Руси. Лекальные фронтончики окон и кирпичные сталактиты являлись непременным атрибутом большинства сооружений узорчатой архитектуры. Изразцовые украшения в ещё большей степени, чем в соборе Петра и Павла, использовались в отделке зданий Троице-Сергиевой лавры и других известных зданий. Возможно, всё это имеет определённое сходство с мотивами татарского декоративно-прикладного искусства, и в русской архитектуре эти элементы могли появиться под определённым влиянием соседнего Казанского ханства, но в оформлении Петропавловского собора они использованы как характерные элементы русской архитектуры.

Таким образом, только яркую расцветку собора и черты ассоциативной общности можно считать проявлением воздействия азиатской культуры. Не стоит забывать, что во времена строительства собора Казань была крупным торговым центром, тесно связанным с городами Средней Азии. Видимо, для того, чтобы подчеркнуть особое расположение Казани на рубеже Востока и Запада, и получил собор яркий восточный колорит.

Покраска, дошедшая до наших дней, была произведена в конце XIX века и позднее только подновлялась. Каким был собор изначально? Был ли он бело-красным, как большинство построек того времени, или богатая колористика была задумана изначально - документальных свидетельств об этом не обнаружено. Ясно только, что яркая расцветка собора как нельзя лучше соответствует традициям местного населения и ассоциативно напоминает ярко-красочные комплексы Самарканда и Бухары с сочетанием синего и золотого, зеленого и красного.

Будучи типично русским православным сооружением, как в целом, так и в деталях, Петропавловский собор во многом соответствует тем архитектурным постулатам, которым следовали и булгарские зодчие. Это говорит о тесном переплетении культур Московского и Булгарского государств, а позже и Казанского ханства, преемственно развивавшего булгарские традиции. Да и могло ли быть иначе, если в течение всей истории эти государства торговали и воевали, обменивались искусными мастерами, иногда даже объединялись против общих врагов?

Собор имеет прекрасную масштабность, то есть хорошо воспринимается как с дальнего расстояния, например с Привокзальной площади, так и в нескольких метрах от здания. Таким же приёмом в совершенстве владели и древние булгары. Издали Петропавловский собор впечатляет совершенным силуэтом, а по мере приближения к нему начинает ощущаться гармония архитектурных деталей. И даже вблизи здание не производит давящего впечатления, а всеми своими завитками и пилястрами как бы приглашает подойти, подняться по высокой лестнице и войти внутрь. Ломаные очертания оконного обрамления москвичами, к примеру, воспринимаются как стилизованный «петушиный гребешок», широко распространённый в русской узорчатой архитектуре. В то же время казанцу они напоминают древний узор, который встречается в оформлении резных каменных могильных стел Казанского ханства или в расшитых матерчатых полах , степного шатра кочевников. Кирпичные сталактиты опять же одинаково близки и русскому (большинство церквей, палат и теремов на Руси в XVII веке не обходилось без них), и татарину - ведь это типичный элемент мусульманской архитектуры, пришедший с Ближнего Востока. Бело-голубая «в шашку» раскраска крыш и купола была широко распространена среди позднесредневековых построек России, а также в эпоху Казанского ханства. Сочетание голубых куполов и охристо-золотистых стен особенно типично для мусульманских зданий Средней Азии, Закавказья и стран Востока.

Все это лишний раз доказывает историческую близость культур русского и татарского народов. Петропавловский собор, в конечном счёте, является памятником слияния Востока и Запада, выдающимся произведением русской узорчатой архитектуры, возникшим на стыке двух культур.

 

Сергей СОКОЛОВ, Архитектор.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить